You are here

Канчурины (версии)

Канчурины
Как оказалось, довольно редкая на сегодняшний день татарская фамилия. Однако, имея собственный интерес (наличие прямых предков из этого рода), но, не обладая какими-либо специальными знаниями и особенными возможностями (источниками) в области генеалогии, попытался разобраться в ее происхождении.
Для начала некоторые версии по поводу её возникновения:
1. Согласно толковому словарю татарских личных имен, составленному Шамилем Сагаутдиновым (http://www.tatar.kz/isem_ra.htm): ХАНЧУРА (с древнетюркско-татарского) - работник (землепашец, воин, слуга, дружинник) хана. Диалектальный вариант: Канчура.
Таким образом, можно предположить, что обладателем данной фамилии мог являться любой слуга хана – попросту говоря, подневольный простолюдин.
2. Другой вариант также исходит из этимологического толкования фамилии - в настоящее время в тюркских языках существует слово "жура", означающее понятие "близкий друг, соратник, товарищ". Исходя из этого, родоначальником фамилии был человек, приближенный к хану. Возможно высокопоставленный военачальник или дружинник, за которым закрепилось это прозвище, подчеркивавшее его социальный статус.
3. Существует также версия о том, что фамилия Канчурины принадлежала потомкам некоего хана Чурина (Чуры).
В Очерках по истории Казанского ханства Худяков М.Г. упоминает князя Шах-Чура - предводителя отряда, воевавшего с русскими с целью выгнать их с горной стороны и из пределов Казанского ханства.
Изучение исследований различных ученых об этногенезе татарского народа, пропущенные через обрывки рассказов и воспоминаний бабушек, для которых вся их история неразрывно связана с городом Касимовым на реке Оке, позволяет мне предположить то, что мои далекие предки относились к тюркоязычным племенам, отошедшим от Золотой Орды и обосновавшимся в Городце Мещерском, позже ставшем столицей Касимовского ханства, которое в разные периоды обладало различной степенью независимости-зависимости от Москвы, но сыграло большую роль буфера на пути набегов Ордынских, а затем Казанских и Крымских ханов. Во всяком случае, отношение к татарам-мещерякам (мишарям) со стороны Руси, имевшей свое посольство в Касимове, было особенным.
В середине XV века Русь была еще довольно слаба и платила дань не только Большой Орде, но и Казанскому и Касимовскому ханствам. В своей работе "Очерки по истории Казанского ханства" М.Г.Худяков назвал этот "выход" контрибуцией, которую за освобождение из плена великого князя Василия II после сражения под Суздалем летом 1445 года. Тогда был составлен обоюдный договор, согласно ему вместе с великим князем в Москву прибыли 500 татар, которые были назначены на различные административные должности в столице и в других городах. Некоторые из них были определены даже правителями отдельных городов. Рост татарского влияния на политическую жизнь Русского государства вызвал недовольство в определенных кругах, которое в 1446 году вылилось в антиправительственный заговор. Бояре обвинили великого князя в том, что он привел на Русь татар и отдал им города "на кормление". Василий II был низложен и ослеплен (отчего и прозвище его "Темный"). Однако в его защиту двинулось войско во главе со вторым сыном основателя Казанской династии Улу-Мухаммеда - Касимом и в 1447 году великий князь был восстановлен на троне. За это в 1452 году хану Касиму был подарен Мещерский городок, переименованный в его честь в город Касимов. При этом Москва продолжала платить дань Касимовскому ханству даже после падения Казани.
По мере централизации Русского государства Москва пыталась усилить свои позиции на восточных рубежах, для чего стала поддерживать претензии Касимовских царей на Казанский престол. В этих целях был предпринят ряд безуспешных военных походов, которые однако постепенно позволили повысить ощутимость русского вмешательства в казанские дела. Этот период особенно после смерти хана Мухаммеда-Амина в 1518 году ознаменовался обострением противоборства среди казанской знати, часть из которой имела промосковскую ориентацию, а другая отстаивала независимость государства от России. Среди сторонников независимости также отсутствовало единство – одни выступали за восстановление суверенитета при поддержке Крымского ханства, другие стремились к этому через укрепление связей с Касимовым.
В 1519 году тогдашнему московскому великому князю Василию III удалось продвинуть на казанский трон старшего сына касимовского хана Шейх-Аулияра - 13-летнего Шах-Али (Шигалей, по русским летописям). Между тем, последнему не удалось найти поддержку среди казанской знати и его появление здесь вызвало жесткую внутреннюю и внешнюю (Крымское ханство) оппозицию, и даже неприятие у сторонников промосковской ориентации. Весной 1521 года Казань захватил прибывший во главе небольшого отряда крымский хан Сахиб-Гирей, который арестовал русских посла и воеводу, конфисковал имущество русских и касимовских купцов. Шаху-Али с немногочисленной свитой удалось бежать в Москву. В том же году крымские и казанские войска окружили Москву.
В 1530 году на фоне обострения соперничества между ханами Казани и Крыма, находившейся в оппозиции царевной Гаухаршад (сестра хана Мухаммед-Амина, единственная уцелевшая в живых представительница старой династии Улу Мухаммеда) и ее сторонниками был поднят бунт, а тогдашний хан Сафа-Гирей низложен. На престол был возведен брат Шах-Али – 15-летний касимовский царевич Джан-Али (Еналей, по русским летописям). Между тем, государством фактически управляло коалиционное правительство, проводившее курс на восстановление независимости Казани, как от Москвы, так и от Крыма.
Однако, в результате переворота 25 сентября 1535 года Джан-Али был убит и ханом снова стал Сафа-Гирей (по книге Р.Г.Фахрутдинова История татарского народа и Татарстана). Но ему не удалось объединить вокруг себя знать и в руководстве Казани опять возникли большие разногласия – на этот раз между Сафа-Гиреем и Булатом Ширином, который являлся организатором низложения Джан-Али хана. Как свидетельствует Карамзин Н.М. в Истории государства российского, "тамошние князья и знатнейший из них, Булат, тайно писали в Москву, чтобы государь послал к ним войско; что они готовы убить или выдать нам Сафа-Гирея, который, отнимая собственность у вельмож и народа, шлет казну в Тавриду".
В 1545 году Сафа-Гирею удалось усилить свои позиции и устранить главных оппонентов Гаухаршад и Булат-князя. Но уже через год возникла новая оппозиция во главе с князьями Буюрганом и Чурой Нарыковым. Сафа-Гирей снова был низложен. Казанским ханом второй раз был приглашен Шах-Али, но уже через месяц при поддержке Ногайского войска Сафа-Гирей восстановил свой трон в Казань. Шах-Али бежал в Касимов, Чура Нарыков и его сподвижники были казнены. По данным Карамзина Н.М. тогда же в поисках убежища из Казани бежали "семьдесят шесть князей, мурз и братья Чурины", как поддерживавшие Шах-Али, так и противостоявшие ему.
Учитывая поддержку, которую оказал Чура Нарыков хану Шах-Али, многие его родственники нашли прибежище при касимовском дворе.
В этой связи я предполагаю, что оставшиеся в мусульманстве потомки легендарного аргынского князя Чуры Нарыкова, осевшие в Касимове, могли положить начало рода Канчуриных или Бекчуриных, а принявшие крещение и выехавшие в Москву - Чуриковыми (Вы чьих будете? Мы - Хан Чурины или Чуриковские - мы). По разным источникам, потомки арских (аргунских) князей – Карачурины, Зянчурины и Баичуровы в середине XIV проживали в Казанском и Уфимском уездах.
В Википедии со ссылкой на книгу Исхакова Д.М. "От средневековых татар к татарам нового времени (этнологический взгляд на историю волго-уральских татар XV—XVII вв.)", указывается, что сам Чура Нарыков был карачабек из клана Аргын. Впервые упоминается в числе трёх послов Сафа-Гирей хана в Москву в марте 1526 г. В июле 1545 г., выражая недовольство "крымским засильем" в Казани вместе с князем Кадыша (Кудашевым?) обращался в Москву за военной поддержкой переворота против Сафы-Гирея. 17 января 1546 г. вместе с Абеюрган сеитом и князем Кадыша подписал направленную в Москву грамоту с приглашением на казанский престол хана Шах-Али. После возвращения Сафа-Гирея в Казань помог Шах-Али хану бежать из Казани. При попытке покинуть Казань "со своими домочадцами, с 500 служащих рабов" был настигнут в погоне и погиб в бою.
Имел братьев Ислам мурзу и Аликея мурзу, которые покинули Казань, спасаясь от Сафа-Гирей хана. В сентябре 1547 г. были в Москве, в 1549 г. находились в Ногайской Орде. В марте 1552 г. они вместе с другим братом Кибяком участвовали в обороне Казани, организовали вооруженное сопротивление и воспрепятствовали въезду в Казань русского наместника князя С.И.Микулинского и размещению в городе царского гарнизона. В это время Ислам уже имел титул князя. Аликей Нарыков погиб при защите города от войск Ивана IV осенью 1552.
В известном общетюркском дастане "Чура батыр" говорится, что его главный герой, князь Чура, и его отец, князь Нарык, переходят из одного татарского ханства в другие (из Крымского в Астраханское, оттуда – в Касимов, затем – в Казань и т.д.). Они являются прямыми наследниками правивших в Золотой Орде средневековых татар, подразделенных на ряд клановых образований, но даже после распада в начале XV в. Улуса Джучи продолжали поддерживать свое единство.
В Исследованиях о касимовских царях и царевичах В.В.Вельяминов-Зернов упоминает чингизида некоего Чура-Мухаммед-улана, похоронившего свою жену - Хан-Пупай-бикем (родственницу Шах-Али?) в Касимове.
В книге С.В. Черникова "Дворянские имения Центрально-Черноземного региона России в первой половине XVIII в." приведен алфавит дворянских родов, владевших имениями в Центрально-Черноземном регионе в 1700-1762 гг., где фамилия Канчуриных указана с пометкой князья.
После падения Касимовского ханства царское правительство в своей восточной политике опиралось на мишарей, поэтому в 1783-1784 гг. дало мурзам возможность получить права русского дворянства. В прошении мишарских депутатов Абдулкадыра Абдулкаримова "с товарыщи", обратившихся в 1794 г. к генерал-прокурору говорится так: "мещерятский наш народ прежде других иноверцов по собственному своему желанию, переселившись из Золотой Орды в Россию еще в 7001 (1493) г., за верныя и беспорочныя предков наших российскому скипетру службы как при взятье Казани (в 1552 г.), так и при других многих тогдашнего времени случаях, жалованны были в разных местах на нагорной стороне реки Волги поместными дачами и для поселения их выгодными землями и угодьи".
Сама служба служилого класса в Московском государстве предполагала обеспечение ее денежным и продовольственным довольствием. Это достигалось путем дачи (верстания) служилым людям поместья и денежного жалованья — денежных и поместные окладов. Поместные и денежные оклады мурз и служилых татар были неодинаковы.
В частности, в 1623 году в разборной десятне поместных окладов касимовских служилых татар всего было записано 446 человек, в том числе 124 старослужилых мурз и татар, 93 казака, 205 новиков и 24 новика казака. У старослужилых мурз и татар максимальный оклад достигал 550 четвертей.
Большинство новиков было верстано окладами от 100 до 200 четвертей, 88 новиков (42,92% от общего числа) было верстано окладами от 50 до 90 четвертей, среди них упоминается Тенибек мурза Канчюрин, получивший поместный оклад в 80 четвертей.
Малообеспеченная часть служилых татар включала в себя 10 человек, которые были верстаны поместными окладами ниже 40 четвертей, минимальный же оклад составлял 15 четвертей у Янчюры Канчюрина.
В целом касимовские служилые татары были обеспечены землей намного лучше, чем служилые татары Казанского, Свияжского и Уфимского уездов. К примеру, в начале XVIII века 60,4% татарские землевладельцы Казанского уезда были обеспечены поместными окладами менее 25 четвертей пашенной земли.
В архиве имеется протокол допроса, относящийся ко времени подавления пугачевского движения: 25 мая 1736 года у Горного Щита ("в 5 верстах от Екатеринбурга") был задержан Кият Канчурин, 18 лет, уроженец "Сибирской дороги Сыгирянской волости Канчуриной деревни, коя от Багаряку верстах в 25-и". Для получения разведданных о действиях одного из лидеров местного сопротивления Юсупа Артыкова его пытали в "застенках" Канцелярии Главного правления заводов "при присутствии берг-мейстера Никифора Клеопина".
Во время допроса Канчурин показал, что, спасаясь от карательного похода капитана Лукьяна Житкова, проявившего жестокость во время покорения Мякотинской волости, он со своими родственниками и другими жителями Катайской и иных волостей (всего около тысячи семей), оставив скот и другие пожитки, "с женами и детьми ушли на Уелды-озеро, кое под Уралом-каменем от их жилья езды дни на полтора".
Спустя месяц, Канчурин возвратился за некоторыми пожитками (а, скорее всего, на разведку) в родную деревню, но по дороге был ранен в ногу и взят в плен солдатами Житкова. Вместе с другими пленными его "отдали в госпиталь для лечения познобленной его ноги". Через неделю Канчурин в ночь бежал из госпиталя в лес, на утро достиг деревни Милково, где с чьего-то двора увел запряженную лошадь и "поехал по левую сторону течения реки Исети". Однако был вновь пойман русскими.
28 мая 1736 года Кият был казнен по приговору Канцелярии Главного правления заводов (В.Н. Татищев, А.Ф. Хрущев): "За те его, Канчурина, воровства для пресечения оного на страх другим его повесить".
Кстати, я нашел ссылки аж на 2 деревни Канчурино – во 2-ой Усергановской волости (69 дворов, 325 душ, одна деревянная мечеть, одно деревянное медресе) и в Таймасовской волости (49 дворов, 260 душ) Оренбургской губернии. Во 2-ой Усергановской волости имелся и Канчуринский хутор – 63 двора, 337 жителей (http://www.unilib.chel.su:6005/el_izdan/spis_or/ukazat.htm).
Некий десятник Аптрак Канчурин мельком упоминается в другом архивном документе промемории Исетской провинциальной канцелярии, датированном 23 июня 1750 г., в котором для Канцелярии Главного правления заводов дается правовая оценка сделки о предоставлении старшиной Мякотинской волости Янгильдой Бигишевым больших площадей волостных земель в аренду крестьянам Арамильской слободы для поселения.
В списке башкир-повстанцев отряда Салавата Юлаева (после 23 марта 1774 г.) указан Юсуп Канчурин из деревни Юзей.
В конце ХVIII в. жители деревни Толстиково Елатомского уезда Тамбовской губернии (ныне Рязанская область) мурзы Сайфетдин и Бикташ Алеевы дети Канчюрина подавали прошение об утверждении их в дворянском достоинстве, которое не было удовлетворено.
В конце XVI в. русское правительство переселяет часть мишарей в Башкирию, где в ХVIII в. фамилия Канчуриных зафиксирована среди служилых татар деревни Новые Кундюшли Акбердино.
В начале XIX века эти территории входили в состав Оренбургской губернии, состоявшей из 12 уездов и возглавлявшейся генерал-губернатором с резиденцией в Оренбурге. Военному губернатору подчинялся гражданский, который проживал в Уфе и ведал делами гражданского управления в пределах губернии. 10 апреля 1798 г. правительство издало указ о введении кантонной системы управления, превратившей башкир и мишарей в служилое военно-казачье сословие. На территории Башкирии было образовано 11 башкирских, 5 мишарских и 5 оренбургских казачьих кантонов. В свою очередь кантоны делились на юрты, отделения и команды, составляя нерегулярные силы отдельного Оренбургского корпуса под началом генерал-губернатора.
В 1812 году помощником юртового старшины Баймурзой Канчуриным (1765-1855), переведенным из Юмашево через Аптикеево была образована новая деревня, получившая название Баймурзино. Брат первопоселенца Булат Канчурин тоже переехал в новую деревню.
Двоюродный брат Баймурзы Канчурина - Мухаметсалим Байтурин участвовал в Отечественной войне 1812 года в составе 15-го башкирского полка.
Известно, что у Баймурзы Канчурина было 5 сыновей - Ярмулла, Рахматулла, Хайрулла, Мухаметсадык, Хабибулла. Последний - Хабибулла Баймурзинович Канчурин в 1855 году (после разделения 7-го кантона в Верхнеуральском уезде Оренбургской губернии на три кантона и произведенной некоторой реорганизации системы местного и военного управления) был назначен начальником 4-го кантона.
В Центральном государственном историческом архиве РБ хранится длившаяся с марта по октябрь 1859 года переписка известного исследователя Арктики и одного из вдохновителей основанного в 1845 году Русского географического общества адмирала Федора Петровича Литке с оренбургским и самарским генерал-губернатором Александром Андреевичем Катениным. В ней адмирал просил оказать содействие "знаменитому германскому ученому Клемму (директору Дрезденской королевской библиотеки) в собрании разных принадлежностей быта племен, обитающих в России, для пополнения обширного этнографического музея...". Речь шла о приобретении национального головного убора - "кажбова" и женского платья. А.Катенин прорабатывал данный вопрос через исполняющего должность командующего Башкирским войском подполковника Синбугина. Позже подполковник сообщает о том, что сотник Биишев продать "кажбову" не согласился, но начальники 4-го кантона Хабибулла Баймурзинович Канчурин и 5-го - Кутлуахмет Галеевич Бекчурин (житель деревни Галеево) предлагают сделать такой же за 350 рублей серебром, "потому что для этого нужно приобрести до пяти фунтов кораллов, каждый фунт которых стоит 35 рублей, и шесть фунтов серебра старой монетой".
Стоимость предстоящей покупки не устроила Литке, который в последнем письме губернатору так и пишет: "3а значительностью издержек Совет Императорского русского географического общества полагает приостановиться в настоящее время покупкою этого предмета для музея дрезденского ученого Клемма".
В феврале 1927 г. в списке членов Баймурзинского сельсовета Таналыкской волости Зилаирского кантона значатся Канчурин Хидият и Канчурина Ямиля.
В 1816 году в списке жителей деревни Утягулова, Усерганская волость, Оренбургский уезд (время первой фиксации 1795 год) отмечен Утягул Канчурин – 73 года и его сын мулла Рясул Утягулов – 49 лет. (Хисамитдинова Ф.Г. Названия башкирских населенных пунктов XVI-XIX веков. –Уфа: Информреклама, 2005. Стр272.)
Адиль Бакиевич Беляев в своей книге "Пофамильные родственные связи одних родов татарского народа с другими на протяжении восьми веков" прослеживает связь Канчуриных с
Абаевыми, Абдурахмановыми, Абдюковыми, Агеевыми, Акбулатовыми, Акмаевыми, Акчуриными, Алимовыми, Алтачеевыми, Альбетковыми, Ахметовыми, Ахундовыми,
Бадеевыми, Байбуровыми, Байгузиными, Байрашевыми, Байчуриными, Балабаевыми, Бастаковыми, Башировыми, Баязитовыми, Бегановыми, Бекбулатовыми, Бекжановыми, Беляевыми, Бересневыми, Бигеевыми, Бикматовыми, Булатовыми, Булгаковыми, Бултачеевыми, Бурнашевыми,
Вахитовыми, Вергазовыми,
Галеевыми, Губайдуллиными,
Девишевыми, Девлесуповыми, Девлигаровыми, Девлисаровыми,
Ерзиными,
Исламовыми, Ишимбаевыми,
Калеблеевыми, Камалетдиновыми, Кастровыми, Кашаевыми, Кутюшевыми,
Ларичевыми, Латыповыми, Литвиновыми,
Мавлевыми, Макаевыми, Максутовыми, Масугутовыми, Махмутовыми, Муратовыми, Мусаевыми, Мусиными, Мусяевыми,
Постниковыми, Рахмаевыми,
Сакаевыми, Синдиковыми, Скачковыми, Слувисыми, Сюбаевыми,
Танеевыми,
Утикеевыми, Утюшевыми,
Хакимджановыми, Хамзиными, Ханбековыми, Хасяновыми,
Шамсутдиновыми, Ширинскими, Шуваловыми, Шустовыми,
Юнусовыми,
Янбухтиными, Янсуповыми.
После отмены кантонной системы управления в 1865 году мишари были переведены из военного сословия в гражданское. В свою очередь, падение несколько автономного собственного административно-военного управления и отмена отдельных льгот и привилегий, вытекавших из длительного пребывания в служилом сословии, постепенно привели к кардинальному изменению традиционного образа жизни. Часть мишарей осела на земле, определенная часть перешла в купеческое или духовное сословия, занялась ремеслом либо подались в другие регионы. Таким образом, в конце XIX в. стала теряться компактность расселения. Позже миграционные потоки усилились в связи с послереволюционными катаклизмами в виде коллективизации и раскулачивания, а также голодом на Поволжье. Наверное этим и объясняется то, что в советские времена наши родственники оказались далеко от мест традиционного обитания, в том числе в Центральной Азии.
В частности, мой прадед – Канчурин Хасан Каримович, 18 июня 1895 года рождения, татарин, беспартийный. 12 февраля 1910 года, т.е. в 15 лет начал работать в должности приказчика у торговца Урманова в городе Зайсан Семипалатинской области. 23 ноября 1912 года уволен по собственному желанию. 28 декабря 1912 года принят на материальную должность в Торговой компании Петроса Унанянца в Шарихане (Туркестан). В сентябре 1913 года переведен на должность приемщика хлопка-сырца, откуда уволен 2 мая 1915 года вследствие призыва на военную службу. В 1917 году перешел рядовым в Красную Армию, окончил разведческие курсы в городе Симферополе. Демобилизовался в 1919 году (личная книжка запасного Рабоче-Крестьянской Красной Армии выдана Ферганским военкоматом 13 мая 1927 года).
В 1919-1920 году не имел определенного места работы, скорее всего в это время находился в г.Касимове. Наверное в этот период женился (сейчас известно только то, что ее звали Амина). В 1921 году вновь вернулся в Узбекистан и поступил на работу приказчиком в товариществе "Хайриат" в г.Старая Бухара, откуда 15 августа 1923 года был уволен по сокращению штатов. С этого периода по 7 февраля 1925 года был без работы. 10 ноября 1923 года у него родилась дочь – Канчурина (позже Рахимова) Рукия Хасановна, а в 1924-1925 гг. вторая дочь – Адиля Хасановна Канчурина.
В феврале 1925 года (скорее всего один без жены и маленьких дочурок) он возвратился в Узбекистан и был зачислен на должность приемщика на хлопкоочистительном заводе № 15/16 в городе Ассака. 1 июня 1927 года приказом № 9-4 по хлопкозаводу Ассакинского заводоуправления был уволен в очередной трудовой отпуск сроком на 1 месяц. Вероятно, что причиной выхода в отпуск стало известие о том, что умерла его жена Амина.
Овдовевший Канчурин Х.К. женился на родственнице первой жены – Кашифе Мухаммед-Шаховне Абдюковой.
4 мая 1928 года Канчурин Х.К. по собственному желанию уволился с Ассакинского хлопкозавода и уже на следующий день стал приемщиком в Верхнеассакинском товариществе, которое в августе 1928 года вошло в состав Ассакинского заводоуправления. 17 марта 1929 года уволился по собственному желанию и с 1 августа того же года поступил на работу в Мархаматском товариществе на такой же должности приемщика хлопка.
3 декабря 1930 года уволен с занимаемой должности. 15 июня 1931 года принят на должность конторщика в Мархаматском СельПО. 1 октября 1931 года на основании постановления общего собрания пайщиков был выбран членом правления на должность заместителя председателя и завторгом Мархаматского СельПО.
23 ноября 1931 года родилась третья дочь – Канчурина Нурдида Хасановна.
1 сентября 1933 года переведен приемщиком в Мархаматский заготпункт.
Умер Канчурин Х.К. рано, наверное еще до войны и Кашифа Мухаммед-Шаховна поднимала дочерей сама.
Общее число прямых потомков Канчурина Х.К. превышает 30 человек, проживающих в Узбекистане, России и Японии, однако продолжателем его фамилии никто не стал.

В книге памяти Рязанской области упоминаются крестьяне-единоличники братья Канчурин Умар Аббасович, 1896 г.р. (исключен из колхоза в 1932 г.) и Канчурин Хасан Аббасович, 1900 г.р., уроженцы деревни Толстиково (тогда уже) Касимовского района. Арестованы 23.04.1933 г. по ст. 58-10 УК РСФСР, а через месяц 25 мая тройкой при ПП ОГПУ Московской области приговорены: первый к 1 году лишения права проживания в режимных областях СССР, второй - к 3 годам лишения свободы условно и освобожден из-под стражи. Реабилитированы Рязанской областной прокуратурой в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16.01.89 года
В книге памяти Республики Башкортостан указаны:
- Канчурин Ибрагим Гарифович, 1892 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 16.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Адигам Гарифович, 1896 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, беспартийный, колхозник. Арестован 02.10.1933 года по обвинению в ст. 58-2. Приговорен к лишению свободы на 8 лет. Реабилитирован 19.05.1989 года;
- Канчурин Ахметкирей Шагивалеевич, 1896 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован
16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 16.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Габбас Галлямович, 1896 г.р., уроженец деревни Баймурзино Баймакского района БАССР, башкир, неграмотный, беспартийный, забойщик на руднике. Арестован 28.11.1937 года по обвинению в ст. ст. 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 10.06.1957 года;
- Канчурин Гайнетдин, 1903 г.р., уроженец деревни В.-Мамбетшино, Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, беспартийный, крестьянин-единоличник. Арестован 28.04.1933 года по обвинению в ст. 58-7. Приговорен к к лишению свободы на 5 лет. Реабилитирован 30.06.1989 года;
- Канчурин Гайса Сафиуллович, 1894 г.р., уроженец Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, беспартийный, счетовод колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст. ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Гиният Губаввич, 1881 г.р., уроженец деревни Баймурзино Баймакского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник. Арестован 28.11.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 10.06.1957 года;
- Канчурин Кастаран Галиахметович, 1875 г.р., уроженец Зианчуринского района БАССР, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Маннам Султангареевич, 1901 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 19.12.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 07.12.1955 года;
- Канчурин Мустафа Билялович, 1895 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, заместитель председателя колхоза им.Салавата. Арестован 03.11.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Мутагар Кастаранович, 1910 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 15.12.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 07.12.1955 года;
- Канчурин Мутагар Киреенич, 1906 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, член ВКП(б), колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 15.12.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-10, 58-11. Приговорен к лишению свободы на 10 лет. Реабилитирован 07.12.1955 года;
- Канчурин Садри Сафьянович, 1897 г.р., уроженец Зианчуринского района, БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Хубулла Хамзич, 1896 г.р., уроженец Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Тухват Хамзич, 1906 г.р., уроженец Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, колхозник колхоза им.Салавата. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Файзулля Муллагалямович, 1901 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, беспартийный, колхозник. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 16.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Фасхит Муссалимович, 1901 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование незаконченное среднее, беспартийный, заместитель председателя сельпо. Арестован 16.10.1937 года по обвинению в ст.ст. 58-2, 58-10, 58-11. Расстрелян 08.12.1937 года. Реабилитирован 09.05.1958 года;
- Канчурин Фахрис, 1873 г.р., уроженец деревни В.-Мамбетшино Зианчуринского района БАССР, башкир, образование неграмотный, беспартийный, крестьянин-единоличник. Арестован 28.04.1933 года по обвинению в ст. 58-7. Приговорен к лишению свободы на 5 лет. Реабилитирован 30.06.1989 года;
- Канчурин Хамит Кутлугаллямович, 1892 г.р., уроженец деревни Яныбаево Зианчуринского района БАССР, башкир, образование начальное, беспартийный, колхозник. Арестован 01.10.1933 года по обвинению в ст. 58-2. Приговорен к лишению свободы на 5 лет. Реабилитирован 19.05.1989 года.

На сайте ОБД "Мемориал" имеются сведения в отношении красноармейца Канчурина Загададграя (1893-1941/45) погибшего в Великую Отечественную войну в Германии.
Но какова их возможная родственная связь с Канчуриным Х.К. я не знаю.

Комментарии

Изображение пользователя DILYA.

Скажите пожалуйста, откуда ваши предки? Мои родственники живут в д. Яныбаево Зианчуринский р. РБ., там живут Канчурины. Вообще то, в ревизских сказках 1816, 1850 и 1859 гг. в д. Мамбетшино, Яныбаево(с 1859г), Сабырово числятся Канчурины, Байгильдины, Кужахметовы, Мустафины сыновья Канчурина.Как это понять? Может Вы знаете как башкиры брали фамилии( от имени отца или деда, прадеда)?

Фамилии брали в основном от имени отца и деда, на тот момент когда появилась необходимость в фамилиях.
По ревизским не совсем понятен вопрос, покажите страницу ревизии или приведите дословно текст.