You are here

№ 41. 1755 г. сентября 23. — Допросы башкира Осинской дороги, Гайнинской, волости, аула Тунгэк, Нурая Баскын-улы и ясачного татарина, аула Башап Акчуры, Бикта-улы в Канцелярии капитана Троицкого драгунского полка Л. У. Жеребцова об их роли в подготовке му

1755 г. сентября 23. — Допросы башкира Осинской дороги, Гайнинской, волости, аула Тунгэк, Нурая Баскын-улы и ясачного татарина, аула Башап Акчуры, Бикта-улы в Канцелярии капитана Троицкого драгунского полка Л. У. Жеребцова об их роли в подготовке муллой Батыршей восстания на Осинской и Сибирской дорогах.

1755 году сентября 23 дня Уфинского уезду, Осинской дороги Ириктинской волости старшина Шарып Киков, следуя маршем при деревни Султанаевой, команды старшины Аббяся Сеидяшева, из деревень Гайнинской волости привел дву башкирцов: деревни Тюндяковой Нурая Баскунова да команды старшины Абдюка Казенгулова, деревни Башап, Акчура Егутеева, о которых объявил, что он поймал их по объявлению, якэ имели сообщество и собрание к злодейству, с. муллой Чюрагулом и Батыршею, которые и против прежнего на них показания приведенного же башкирца Кучюк-бая Имангулова в чем надлежало порознь допрашиваны и показали.

Первой: зовут меня Нуреем1, прозванием Баскунов, Уфимского уезду, Осинской дороги, Гайнинской волости, деревни Тюндяковой, команды старшины Аббяса Сеидяшева, природою башкирец. Нынешнего лета; а в котором месяце и числе, не упомню, как командирована была к Излаирской крепости команда, между которыми послал оной волости вор мулла Чюрагул меня и товарыща моего Акчюра Егутеева, да башкирца Искака Мурзалина, с которыми следовали трактом до деревни Канцыяровой ис которой деревни оная команда пошла прямо н поход до показанной крепости; а я с товарищи Искаком, кои ныне содержитца в Осинской Канцелярии под караулом, да деревни Башап сь ясашным татарином Аклюром Егутеевым поехали Сибирской дороги, команды старшины Еныша в деревню Карыш к мулле Батыршу для согласия, куды мы и пришли к решенному мулле и объявили, чтоб он был в собрании, [с] своими людьми к войне в готовности, а у нас де уже свои в зборе есть; на что он объявил нам, чтоб мы реченному Чюрагулу сказали, дабы он, сколько у него в собрании есть людей, приходил к нему, Батыршу, а у него де уже сколько подобно в зборе давно есть. И послал обратно к нему и притом с ними от себя послал же мещеряков 4-х человек, ис которых одного зовут Максутом, деревни Мрясов, а протчих как имяна и коих жительств, не знаю, с которыми пошед вместе и пришли к показанному Чюрагулу и притом те речи от Батырши объявили же время при нас пришли Гайнинской волости башкирцов 2 человека, Мустай Икбаш, и объявя, яко убив старшину Абдюка Казенгулова до смерти, а меня при том не было и согласия к убивству не имел, которые с показанными мещеряками 4-мя человеки и с нами, да и помянутой мулла Чюрагул для собрания и возмущения людей к бунту ездил Гайнинской же волости в деревни в Султанаеву, в Сарашеву, в Аклушеву, в Башапову, в деревню ж Кызлыярову, в которой и собрание было с нами; а имянно: ис Султанаевой Кучоим да Тонгилда, а чьии дети, не зиаю, ис Сарашевой, а как зовут, не знаю, человек до 6-ти, из Ваклушсвой Мустай Телбердин, из Баталовой Акчюра Егутеев, Суергул да Тюлем бай Имангуловы ис Кызлыярозой реченьке Мустай и Акбаш, сколько с которой деревни порознь было, за ночным времянем не расмотрел, а других и не знаю, а всеч числом человек до 40 и больше, с коими и соглашались. При чем оные объявили нам, что де мы со всеми вышеписанными деревнями согласны и быть готовы, а вся Гайнинская волость к тому согласна была ль, не знаю; и, собравшись, намерение имели итти в деревню Карыш к мулле Батыршу для раззорения старшины мещерядского Еныша с командою, а чтоб итти под города Осу и Кунгур того не слыхал. В которую деревню приехав, Гайнинской же волоски башкирец Тактамыш Ишбулатов з довольным числом собранием людей напав, вооруженную рукою взех врознь разогнал, от чего и разбежались по лесу, а на другой день поутру в лесу одного Акбаша поймали, а Муста я при поимке убили до смерти. А выше писанные деревень, кои с нами в согласии были» при поимке нас, Акбаша и Мустая, никто не были, и я, прибыв в лесу, а на другой день поутру и пришед в дом свой и был безотлучно. Кроме того уже собрания никакого не было, и спустя назад тому с неделю пришел ко мне в дом из вышеписанных Акчюра Егутеев, с коим, раскаясь о том своем зломышлении, пошли было явитца в город Уфу и, не дошед по тракту, пришли для взятья пашпорта Иректинской волости к старшине Шарыпу, о том объявили, котэрый нас под караул и взял. А более предписанного к злодейству сообщения ни с кем не имел, и где из предписанных сообщников мулла Батырша и протчие ныне находятца, я не знаю. И в сем своем допроса сказал самую сущую правду и ничего не утаил.

Второй: зовут меня Акчюра2, прозванием Егутеев, Уфимского уезду,Осинской дороги Тайнинской волости, команды старшины Абдюка Казенгулова, деревни Башап, ясашной татарин, в которой жительство имеет, и в нынешнею перепись по той волости положен, и показал обо всем то ж, что приведенной с ним товарыщ ево деревни Тюндяковой Нурея Баскунов, и ни в чем не разнился.

Оные допросы чинены чрез толмача Уфимских казаков атамана Ивана Шелаумова.2

В копии Тайной Канцелярии отсутствует.

ГАФКЭ. Фонд быв, Государственною Архива* Разр. VIШ. Дело 1756 года, № 1781, ч. III, лл. 284 — 284 об. Копия. Другая копия, ч. II,лл 182-185.
1В копии Тайной Канцелярии на полях слева: умер.
2В копии Тайной Канцелярии на полях слева: здесь