You are here

№ 295. 1724 г. марта 12.— Купчая вдовы уфимского дворянина М. М. Садиловой с сыном поручику М. Г. Жукову на свою поместную землю и крестьян.

Писана купчая такова: уфинская дворянская Васильевская жена Садилова вдова Марфа Михайлова дочь Волкова с сыном своим родным неотдельным Степаном Васильевым сыном Садиловым продали для нужд и росплаты долгов своих и от хлебной нужды для пропитания, а не для какого неправдивого укрепления и тайного подлогу и всякого переводу, но самою сущею правдою, после смерти деда своего Василья Федорова сына Волкова и отца моего, Марфина, Михайла Васильева сына Волкова поместную землю свой жеребей 10 четвертей в поле, а в дву потому-ж, с усадьбою и с сенными по¬косы и с отбыл ими с той проданой земли беглыми крестьяны, а имянно: крестьяны Федор Понкратов сын з женою и з детьми, Дмитрея Панкратова сына дети Яков, Степан, Федор а женами и з детьми, да ево ж, Дмитреев, сын Иван, и с пожилыми годами и со всеми их крестьянскими животами, за кем сыщутца, у финских иноземцов порутчику Михайлу Гаврилову сыну Жукову. А та наша продавая помесная земля и с усадьбою и с сенными покосы за Уфою рекой в межах подле уфинцов Ивана Кирилова сына Нармацкого да Петпа Федорова сына Нармацкого ж, князь Андрея Уракова. А взяла мы, Марфа и Степан, за тое свою проданую землю и с усадьбою и с сев ными покосы и за отбылых вышеписэнных беглых крестьян з женами и з детьми и с пожилыми годами, за кем они ныне живут, у него Михайлы, денег 12 руб. И впредь нам, Марфе и Степану, до того жеребью проданой помесной земли и с усадьбою и сенными покосы и до отбылых беглых крестьян з женами и з детьми у него, Михайла и у жены ево и у детей и у родственников дела нет и не вступатца никоторыми делы и никаким подлогом. А буде у него, Михайлы и у жены ево и у детей хто станет во оную помесную проданую землю и с усадьбою и с сенными покосами и в вышеписанных отбылых беглых наших крестьян вступатца, и мне, Марфе, и Степану, во всем ево, Михайлу, и жену ево и детей очищать и убытка никакова ему не довести. А вышеписанных отбылых беглых наших крестьян з же¬нами и з детьми в бегах сыскивать ему, Михайлу, самому и своими убытки. А буде ему, Михайлу, и жене ево и детям в той проданой нашей помесной земле и в усадьбе и в сенных покосех и в отбылых беглых крестьянех з женами и з детьми от кого какие убытки учинятца, и те убытки и на оную проданую поместную землю и на отбы¬лых беглых крестьян з женами и з детьми очистка взять ему, Михайлу, и жене ево и детям на нас, Марфе и Степане, все сполна по ево, Михайловой, и жены ево и детей скаске, что скажут, тому и верить. А ся купчая и впредь в купчюю безо всякия отговорки и безо всякого подлогу.

К той купчей вместо продавцов Марфы Михайловой дочери да сына ея Степана Васильева Волковых по их велению уфинские соборные церкви протопоп Иоанн Лаврентьев руку приложил. Свидетельствовали оную купчую Уфинского камерирского правления земской писарь Андрей Пешков, концелярист Селивестр Гавренев, уфинской татарской толмач Петр Куклин, уфинец Николай Аничков, уфинской площади подьячей Филип Басов, Уфинского камерирского правления подканцелярист Василей Ногаев, Уфинской канцелярии подьячей Иван Друецкий.
И с той купчей с проданые цены з 12-ти руб. гривенных пошлин рубль 6 алт. 4 ден., за письмо гривна, от записки тож, за 2 излишние страницы 2 алт., да на нужные росходы взято.

Таковую купчую продавцы Марфа Михайлова да сын ея Стефан Васильев сын от крепостных дел взяли. По их велению протопоп Иван Лаврентиев руку приложил.

Уфимская провинциальная канцелярия, д. № 75, Записные книги г. Уфы 1723 глл. 71 об.— 72 об.
МИБ том 3 стр. 223-224.