You are here

Сулейманово

Кара-табынская деревня Сулейманово в конце XVIII в. со­стояла лишь из 15 дворов с 38 мужчинами и 25 женщинами. Если по X ревизии в каждом из 69 домов проживало по 8,4% жителя, то в 1920г. на каждый из 88 дворов приходилось по 5,1 человека.
Она носит имя вотчинника волости Сулеймана Иштуга-нова, упоминаемого в источниках под 1737 годом. Имена его сына и внуков перечисляются в материалах ревизских сказок. Его сын Асфандияр, 1787 года рождения, служил зауряд-есаулом. Его дети Мухамадияр, Кильдияр, зауряд-хорунжий Ярулла, Хайрулла, Хабибулла. Деревня имеет и второе название- Мулдашево. Стар­ший сын Мулдаша Абызгильды (1784-1851) имел сыновей Фахретдина (его Багаутдин), Сахаутдина (его Курмангали) и Фахрислама. По материалам X ревизии видно, что Ку-рамша Мулдашев жил здесь в 1788-1857 гг. Его сыновья Хафизитдин (его сын Гайнитдин) и Зиязитдин.
Зауряд-чиновники кантонного управления и богатые башкиры этой деревни имели по три и две жены. Таких поли­гамных семей в 1859г. было 14 из 69, что составляло 20,2%. Из состоятельных мужчин в основном имели более одной жены те, у кого не было детей от первой или даже от второй жены или у кого не было сыновей. Временами наблюдается большой возрастной разрыв между супругами, что свидетель­ствует о бытовании левиратных браков у башкир, как у мно­гих других тюркских народов. В частности, у зауряд-хо-рунжего Гайнуллы Бикбашева были жены 36, 59 и 22 лет. Средняя жена старше мужа на 12 лет. Это - левират, т.е. он взял жену умершего своего старшего брата. Языческий леви­рат отменен был кораном и все же у некоторых народов в какой-то мере он сохранился. В 1784г. был зафиксирован этот обычай таким образом: \"После смерти старшего брата его родной младший брат берет жену покойного спустя 4 месяца 10 дней после его смерти, если она не брюхата, в за-муженство за себя... и жениться таковым и позволено и отдает ей калым\". В народной шуточной песне отражено это же яв­ление: \"Если умрет брат и останется сноха, не отпустим ее к чужим\" (\"Агай улеп енгэ тсалНа, ебермэбез яттарга\"). Пре­тендентов на сноху-вдову было предостаточно. Первый из них - младший брат умершего (\"ТСэйнеш ярты ир, ир юрын-да - бетен ир\" - младший брат мужа- наполовину муж, нет мужа- свой муж). Следующий кандидат на нее- племянник, сын брата покойного мужа (\"Енгэ хатын ейэндеке\" - сноха принадлежит внуку). Случалось, до других не доходил черед. Главную причину сохранения института левирата исследовате­ли видят в материальной стороне дела. В случае ухода снохи-вдовы неразделенная семья лишалась работницы, имеющей значительное приданое. Но следует добавить, что левират у всех народов не лишен был и гуманного содержания в смысле воспитания детей умершего брата.
Сулеймановцы - полукочевники. Сто тридцать лет тому назад кочевки их находились по речкам Казнашаре, Сарнакау и на склоне горы Жунлатау. На каждый из 40 дворов (228 человек) приходилось лошадей 8,5, коров 2,2, овец 7,5, коз 0,2 головы. Это - средние цифры. Фактически у одних дворов были десятки голов лошадей, а другие были без- или однолошадными. Например, для ведения рентабельного ко­неводства эти поголовья были явно недостаточными. Поэ­тому жители одним скотоводством ограничиваться не мог­ли. Искали себе счастья на золотых приисках, на сплавах, на извозе руды. Часть из них постепенно переходила к хлебо­пашеству. На каждого из 228 жителей было засеяно только ярового хлеба 4,5 пуда. Озимый хлеб им еще не был известен